Вестник МГУ. Серия 22. Теория перевода. 2025. № 3

Существуют некоторые общие черты между человеческими языками, так как формы мышления разных народов похожи. Общность языков является основой для перевода различных национальных культур. Всё ещё существуют различия в моделях человеческого мышления, которые приводят к трудностям или даже ошибкам в переводе. Ошибки перевода отражаются в языковой трансформации, а онтологические причины таких ошибок базируются на культурных и когнитивных различиях. Наличие переводческих ошибок показывает, что носителей разных языков отличает мировидение. Ценность изучения неправильного перевода в аспекте философского подхода заключается в том, что в переводческих ошибках мы обнаруживаем, что разные народы имеют свою философию отношения к миру, а переводческие ошибки показывают различия в отношениях между разными народами, человеком и миром в целом.

Книга «Шань хай цзин» («Каталог гор и морей» или «Книга гор и морей») как классическое произведение китайской литературы, содержащие богатые культурные образы и фантастические мифологические элементы, привлекла внимание российских синологов ещё во второй половине прошлого века. В 1977 году вышел в свет её полный перевод на русский язык, а в 2004 году была издана переработанная версия. В статье на основе теории социальных практик, автором которой является Пьера Бурдьё, рассматриваются как ключевые участники процесса перевода «Шань хай цзин» на русский язык — переводчик Э.М. Яншина, инициатор проекта профессор Л.Д. Позднеева, а также издательства, участвовавшие в распространении перевода, — через свои капиталы и габитус совместно формировали процесс создания и распространения переводного произведения. Подчёркивается, что перевод — это сложная деятельность, сочетающая в себе элементы широкого спектра социальных практик, в которой взаимодействие индивидуальных капиталов, социального габитуса и структур играет роль, которую нельзя игнорировать.

Составные имена собственные, состоящие из двух компонентов, представляют собой сложность для русско-китайского перевода из-за их структурных и семантических особенностей. Существующая практика их передачи посредством транскрибо-транслитерации без учёта семантики часто приводит к ошибкам. Составные имена, вызывающие трудности при переводе, можно разделить на две группы по моделям 1) «отантропонимическое определение + главное слово» и 2) «главное слово + от топонимическое определение». На основе анализа ошибочных переводов демонстрируется, что ключом к адекватной передаче таких имён является тщательный анализ словообразовательной структуры определения и его культурно-семантического содержания. В статье предлагаются советы для переводчиков китайского языка: сначала переводить главное слово, затем на основе словообразовательного и семантического анализа определения передавать целое имя посредством смыслового перевода с учётом общих принципов «как в языке оригинала» и «в соответствии с устоявшейся традицией».

За последние несколько десятилетий ирония стала неотъемлемым компонентом официальных выступлений российских политиков. Становится очевидным, что иронические ремарки не возникают в речи случайно по причине излишней эмоциональности говорящего, а использу ются с расчётом вызвать нужную реакцию и сформировать определённое отношение к обсуждаемым вопросам, являясь частью тщательно продуманной стратегии. Таким образом, наделённые ироническим потенциалом единицы становятся способом манифестации языковой личности говорящего и инструментом оказания манипулятивного воздействия. Данная статья посвящена изучению элементов вертикального контекста как средств реализации иронии в современном российском политическом дискурсе и особенностей их передачи в синхронном переводе. В ходе исследования было установлено, что такие элементы вертикального контекста, как аллюзии, цитаты, реалии и идеологемные сочетания, способны создавать и усиливать иронический эффект. Как было показано, способы реализации иронического потенциала исходного высказывания, будь то элементы вертикального контекста или ставшие уже традиционными приёмы и механизмы, вызывают существенные трудности в синхронном переводе в силу разных языковых картин мира, когнитивного багажа и различного восприятия средств выражения иронии представителями русской и англоязычных лингвокультур. Помимо прочих задач , переводчик должен своевременно распознать иронию и её компоненты для принятия адекватного переводческого решения, способствующего макси мально возможной передаче коммуникативного эффекта.

В данной статье рассматриваются переводы рассказов М.М. Зощенко на персидский язык и приводится анализ передачи иронии с оригинала на персидский язык по уровням эквивалентности. Художественный перевод — это не только передача слов с одного языка на другой, но и передача мысли, понятий и даже чувств автора, что и есть мысли и чувства его народа. 

Задача перевода — передать содержание подлинника, сохранив его смысл и стилистические особенности. Точный художественный перевод возможен только в том случае, если, помимо перевода слов и замысла текста, передаётся и культурная составляющая. Таким образом, переводчик создаёт не только эквивалент оригинала, но и способствует развитию межкультурной художественной коммуникации. Переводчик становится «вторым автором» того же художественного произведения на ином языке, заново создавая работу автора. 

Данное исследование способствует более широкому знакомству с художественным переводом, особенно с переводом сатирических и юмористических п роизведений с русского на персидский язык, и ведёт к улучшению перевода сатирических текстов. Для анализа было выбрано пять рассказов из «Малого собрания сочинений» Михаила Зощенко: «Собачий нюх», «Счастье», «Диктофон», «Актёр» и «Стакан». Для анализа переводов рассказ ов на персидский язык использовались тексты переводов Абтина Голкара. 

В основе анализа уровня эквивалентности лежат идеи В.Н. Комиссарова, Т.А. Казаковой и В.С. Виноградова по теории пе ревода. В ходе анализа рассматриваются примеры переводов предложений, оказывающих наибольшее влияние на юмористический ход перевода и передачу иронии текста на персидский язык, а также уровни эквивалентности перевода данных предложений с русского на персидский язык. 

В статье обсуждаются уровни эквивалентности переводов сатирических рассказов М.М. Зощенко и влияние выбора эквивалентов разговорных слов и выра жений для передачи иронии в тексте. Путём детального изучения различных уровней эквивале нтности мы стремимся предоставить ц енную информацию переводчикам, работающим с сатирической литературой.

В статье речь идёт об особенностях перевода жаргонизмов. Дискуссии о возможности и необходимости перевода жаргонизмов продолжаются в современной лингвистике. Для переводческой практики актуальны вопросы адекватной передачи смысла жаргонизированного текста с языка оригинала на язык перевода, выбора стратегии перевода жаргонизма и соответствия переводческого решения узуальным нормам языка перевода. Жаргон в статье понимается традиционно как речь социально ограниченного круга людей. Материалом для исследования стали жаргонизмы, входящие в общий жаргон, так как они частотны, являются «языковой базой» жаргонизации национального языка и входят в систему стилистических средств сниженной экспрессии. Общий жаргон — интегральная часть разных типов жаргона, не соотносимая прямо ни с какой отдельной социальной группой, некое промежуточное языковое образование, через которое лексика сниженного регистра может проникать в разговорный язык и впоследствии — в литературный. Языковой материал для анализа был собран на основе параллельного (русско-итальянского) корпуса НКРЯ. Для исследования языкового материала использовались методы сопоставительного анализа и лингвистического описания. Автор приходит к выводу о том, что существуют специфические особенности перевода жаргонизмов.

Политическая терминология представляет собой систему символов, знаний и ценностей, несущих в себе политическую культуру и идеологические установки государства. Согласно теории трансзнаниеведения, перевод является процессом «пересечения границ» знаний. Поэтому перевод политической терминологии становится особенно важным. Китайская политическая терминология, укоренившаяся в китайской культуре и истории, представляет собой вызов для тех, кто не знаком с китайским культурным контекстом. Следовательно, перевод становится процессом, позволяющим проявить неявные знания, лежащие в основе китайской политической терминологии. Китайская политическая терминология обладает многообразием и обширным содержанием. Богатая политическая философия Китая является особенно важным аспектом при передаче знаний в процессе перевода. В данном исследовании в качестве метода используется корпусное исследование, создаётся корпус китайской политической терминологии с концепциями на английском, китайском и русском языках с целью анализа различия и сходства при передаче знаний в английских и русских переводах, и на основе этого делаются выводы о рамочной структуре перевода политической терминологии с учётом экспликации знаний. Наконец, на примере переводов стратегий «общего вида национальной безопасности» на английский и русский языки приводится сравнительный анализ с целью проверки структуры переводимых текстов. Результаты исследования могут быть использованы для разработки методологии перевода политического дискурса в условиях межкультурной коммуникации, а также в практике подготовки переводчиков, специализирующихся в общественно-политической сфере. 

Результаты исследования могут быть применены в практике межкультурной политической коммуникации, в процессе профессиональной подготовки переводчиков, а также могут служить теоретическим и эмпирическим материалом для оптимизации систем машинного перевода, основанных на больших языковых моделях.

Политическая терминология представляет собой систему символов, знаний и ценностей, несущих в себе политическую культуру и идеологические установки государства. Согласно теории трансзнаниеведения, перевод является процессом «пересечения границ» знаний. Поэтому перевод политической терминологии становится особенно важным. Китайская политическая терминология, укоренившаяся в китайской культуре и истории, представляет собой вызов для тех, кто не знаком с китайским культурным контекстом. Следовательно, перевод становится процессом, позволяющим проявить неявные знания, лежащие в основе китайской политической терминологии. Китайская политическая терминология обладает многообразием и обширным содержанием. Богатая политическая философия Китая является особенно важным аспектом при передаче знаний в процессе перевода. В данном исследовании в качестве метода используется корпусное исследование, создаётся корпус китайской политической терминологии с концепциями на английском, китайском и русском языках с целью анализа различия и сходства при передаче знаний в английских и русских переводах, и на основе этого делаются выводы о рамочной структуре перевода политической терминологии с учётом экспликации знаний. Наконец, на примере переводов стратегий «общего вида национальной безопасности» на английский и русский языки приводится сравнительный анализ с целью проверки структуры переводимых текстов. Результаты исследования могут быть использованы для разработки методологии перевода политического дискурса в условиях межкультурной коммуникации, а также в практике подготовки переводчиков, специализирующихся в общественно-политической сфере. 

Результаты исследования могут быть применены в практике межкультурной политической коммуникации, в процессе профессиональной подготовки переводчиков, а также могут служить теоретическим и эмпирическим материалом для оптимизации систем машинного перевода, основанных на больших языковых моделях.

В настоящей статье предлагается анализ, интерпретация и перевод на русский язык монолога Макбета To-morrow, and to-morrow, and to-morrow из пятого акта трагедии У. Шекспира «Макбет»; также даётся обзор версий монолога от других переводчиков. Монолог исследуется методами мотивного и стиховедческого анализа текста. С опорой на структуралистское понимание мотива (Б.М. Гаспаров, И.А. Паперно) данный текст рассматривается как цепочка мотивов, объединённых темой «тщетности (драматического) искусства», отсылающей к живописному жанру vanitas. Подтема искусства представлена в монологе мотивами декламации (задействован метрический уровень), сцены, актёрского ремесла, деятельности драматурга-постановщика. Подтема «тщетности» представлена через аллегорический образ Кроноса-Сатурна (мотивы бренности, безумия, хромоты). Стиховедческий анализ применяется для интерпретации первых трёх стихов монолога, в которых метафора «хода времени» построена на отсылке к античной квантитативной метрике, а именно к понятию «мора» (у Шекспира обозначено как syllable of recorded time), фонетически перекликающемуся с латинским mors, mortis и греческим μοῖρα («часть, доля» — наименование богинь судьбы Мойр). Подчёркивается важность сохранения в русском переводе ритмического рисунка первого стиха, воспроизводящего «хромающий» ритм походки Сатурна (изображался хромым стариком на алхимических и астрологических гравюрах). Демонстрируется связь образов Сатурна, Макбета, актёра (a poor player) и «безумного» драматурга. Предложенный перевод учитывает метатекстуальный характер монолога, говорящего и об искусстве в целом и об этой конкретной пьесе (этом тексте, этом актёре, этом драматурге). Перевод монолога сопровождается комментарием. Также в статье приводится перевод двух стихов о леди Макбет, предваряющих основной монолог; демонстрируется их метатекстуальный характер.